Мы в социальных сетях:



Заметили ошибку в тексте?
Выделите её мышкой и
нажмите Ctrl + Enter

Сайт о паранормальных явлениях и уфологии

«Истина где-то рядом»

Мистические тайны Гурджиева. Часть вторая: Гурджиев и Сталин / РГО
-----
Перемещения во времени. Создание богов. Магия / Тот.
-----
Перемещения во времени. Парадигма. Фаза «ГАЙА» / Тот.
-----
Все наши авторы

Если Вы стали очевидцем НЛО или любого другого паранормального явления, или у Вас есть история из жизни связанная с необъяснимыми явлениями, то присылайте материал на e-mail: info@salik.biz или через форму обратной связи, или регистрируйтесь на сайте и разместите свою историю сами на форуме. А так же Вы можете размещать свои статьи (Как разместить статью)

Роковая Девятая симфония

Роковая Девятая симфония
Фото:
Дмитрий Шостакович после Девятой написал еще шесть симфоний

Музыка, как известно, может зачаровывать, восхищать, возбуждать. Она может нести умиротворение, вдохновение, радость, печаль. Но, оказывается, музыка может принести и смерть.

Такой недоброй славой пользуется в среде музыкантов Девятая, якобы проклятая симфония. Суть этого предубеждения заключается в том, что всякий композитор, который сочинил Девятую в своей жизни симфонию, вскоре после этого уходит в мир иной. И положил начало этой мистической «традиции» вроде бы великий немецкий композитор Людвиг ван Бетховен, для которого Девятая симфония, написанная в 1824 году, стала последним в жизни завершенным произведением.

Однако принято считать, что впервые публично заявил о проклятии девятой симфонии австрийский композитор Арнольд Шёнберг. Правда, он связал появление этого феномена с другим австрийцем, композитором Густавом Малером. Со слов Шёнберга следовало, что Малеру основанием для вывода о мистичности Девятой симфонии послужили два факта. Первый – это смерть самого Бетховена после того, как, завершив Девятую симфонию, он приступил к работе над десятой, и Антона Брукнера – тоже австрийского композитора, который в конце жизни также работал над Девятой симфонией, но так ее и не закончил.

Находясь под прессом этого странного совпадения, Малер тоже опасался приступать к работе над Девятой симфонией. Поэтому, когда он завершил восьмую симфонию и начал писать следующую, то вместо номера он назвал ее «Песнь о Земле», таким образом, казалось бы, обойдя пугающее число.

И всё же, как ни старался композитор обмануть злой рок, последней его симфонией стала именно Девятая: работая над десятой симфонией, Малер умер.

Что же касается Брукнера, то он тоже пытался обойти роковую девятку, и для этого на девятой по счету симфонией он поставил вопросительный знак. В настоящее время это произведение Брукнера известно как Нулевая симфония.

Австро-американский композитор Арнольд Шёнберг по поводу мистической симфонии как-то написал следующее: «Как видно, Девятая – это некий рубеж. Кто хочет перешагнуть его, должен уйти. Наверное, Десятая возвестила бы нам нечто такое, чего нам не дано знать, для чего мы ещё не созрели. Творцы Девятой симфонии, вероятно, подходят слишком близко к потустороннему. Быть может, загадки этого мира были бы разгаданы, если бы один из тех, кому ведом ответ, написал бы Десятую. А так не должно быть».

В дальнейшем в число тех, для кого Девятая симфония стала последней, вошли австрийский композитор Франц Шуберт и чешский – Антонин Дворжак. Действительно, в настоящее время считается, что Шуберт и впрямь создал девять симфоний, хотя две из них он так и не завершил. А вот Дворжак как раз написал ровно девять симфоний. Впрочем, первая из этого числа ни разу не была опубликована, а также никогда не исполнялась. Сам же Дворжак считал, что ее нотная запись потеряна.

Стали «жертвами» Девятой симфонии немало композиторов, живших в прошлом столетии: именно на этой зловещей цифре прервалось симфоническое творчество английских композиторов Ральфа Уильямса и Малькома Арнольда, а также шведа Курта Аттерберга.

Столкнулся в своем творчестве с Девятой симфонией и русский композитор Александр Глазунов. Ее он начал сочинять во второй половине 1900-х годов. Однако, завершив первую часть произведения, он прекратил над ним работу и больше к симфонии не возвращался. Умер композитор в 1936 году.

Для советского композитора Альфреда Шнитке мистическая симфония, над которой он работал перед смертью, тоже стала последним симфоническим произведением. Спустя какое-то время жена Шнитке попросила композитора Николая Корндорфа завершить произведение ее мужа. И тот в ответ на ее просьбу сразу приступил к работе. Но закончить симфонию не успел, поскольку тоже умер.

Безусловно, когда знаменитый советский композитор Дмитрий Шостакович начинал работу над своей Девятой симфонией, он прекрасно знал о том мистическом ореоле, который окружал цифру «девять» в симфонической музыке. Более того, в произведении Шостаковича есть ряд цитат из девятых симфоний Бетховена и Малера. Казалось бы, злой рок отступил от композитора: ведь после девятой он написал еще шесть симфоний.

Впрочем, как считает историк музыки Соломон Волков, проклятие всё же коснулось Шостаковича: Девятая симфония рассердила Сталина, который на рубеже 1940 – 1950-х годов привнес в личную жизнь и карьеру Шостаковича немало неприятностей.

Говоря о мистике Девятой симфонии, видимо, стоит сказать несколько слов и об истории создания великим композитором Вольфгангом Моцартом его знаменитого «Реквиема», в которой есть тоже место мистике.

Дело в том, что перед смертью композитора к нему явился некий господин в полностью черной одежде и попросил Моцарта написать ему «Реквием». Как позже выяснили биографы Моцарта, таинственным незнакомцем был граф Франц фон Вальзегг-Штуппах, который решил творение Моцарта выдать за собственное произведение.

Композитор приступил к работе, уделяя ей почти все свое время. И в это время его стали все чаще посещать недобрые предчувствия. При этом перед его глазами, словно призрак, стоял «чёрный человек». И композитору вдруг стало казаться, что это траурное произведение он пишет для себя…

Бернацкий Анатолий

Поделиться в социальных сетях:


0
108
Распечатать
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Читайте еще
Пишут в блогах
Интересное видео