Мы в социальных сетях:



Заметили ошибку в тексте?
Выделите её мышкой и
нажмите Ctrl + Enter
Если Вы стали очевидцем НЛО или любого другого паранормального явления, или у Вас есть история из жизни связанная с необъяснимыми явлениями, то присылайте материал на e-mail: info@salik.biz или через форму обратной связи, или регистрируйтесь на сайте и разместите свою историю сами. А также, Вы можете размещать свои статьи (Как разместить статью).

Как погибли Гагарин и Серегин?

Как погибли Гагарин и Серегин?

…Тем серым, промозглым утром в затянутом облаками небе над небольшим провинциальным городом Киржач падал самолет с первоклассным экипажем из двух Героев Советского Союза. Погибающие на глазах у нескольких жителей глубинки полковники ВВС Юрий Гагарин и Владимир Серегин в последний миг своей жизни не знали, что будут преданы теми, кто громче всех кричал десятилетиями на весь мир о любви к своему народу, — кремлевской камарильей, так ничего и не сделавшей для раскрытия тайны случившейся катастрофы…

1967 год, 15 марта, Кремль — идет секретное совещание «космического» направления советского военно-промышленного комплекса. Ведет мероприятие сам председатель Государственного комитета СМ СССР по оборонной технике Леонид Смирнов. В конце заседания он попросил задержаться нескольких товарищей, которые отвечали за пилотируемую космонавтику, и доверительно сообщил им мнение ЦК и правительства, решительно возражающих против «поползновений некоторых космонавтов по части дальнейшего их участия в освоении космоса». Среди «возмутителей спокойствия» первым был назван Юрий Гагарин, которым, «как вы, товарищи, должны понимать, мы не можем рисковать».

Генерал Николай Каманин, помощник главкома ВВС по космосу, возмутился: «Ну давайте превратим космонавта № 1 в музейный экспонат! Вы что же, в действительности решили его погубить на радость империалистам?! Тогда надо быть последовательными до конца: запретим ему занятия спортом, езду на автомобиле, ходьбу пешком!»

Смирнов нехотя сдался: «Лично я не против его благородных устремлений во славу Родины! Но свою точку зрения должно высказать и Минобороны. А мы подготовим материалы для политбюро».

1968 год, 26 марта — заслуженный военный летчик СССР, генерал-лейтенант авиации Пушкин: «Услышав от Серегина по телефону, что тот собирается выпустить в самостоятельный полет самого Гагарина, я мысленно одобрил выбор командованием вывозного: Володя воевал, у него за спиной — 200 вылетов на Ил-2, три сбитых “мессера”; общий налет 4000 часов. Он закончил академию с назначением в Летно-исследовательский институт ВВС. Как пилот — надежный, хладнокровный, квалифицированный и в высшей степени дисциплинирован».

10 ч 50 мин. Полковник Александр Масленников: «Разыскав Каманина в Центре подготовки космонавтов, доложил ему о вылете Гагарина и Серегина в 10.19 и о потере связи с ними в 10.32. В конце разговора выразил обеспокоенность тем, что минут через 10 закончится горючее».

13 часов. Самолеты Ил-14 и вертолеты при сносной видимости обшарили окрестности Киржача, но все напрасно. Генералы Николай Пушко и Николай Кузнецов деликатно напомнили Каманину: «Может быть, пора доложить руководству?» «Рано!» — резко отсек тот. В конце концов приблизительно в 15 часов — долгожданная радиограмма с борта вертолета. Майор Валерий Замычкин доложил: «Вижу обломки самолета в 64 км. от Чкаловского и в 3 км. от деревни Новоселово!» Еще спустя час примерно в километре от места падения самолета высадился первый вертолетный десант; утопая в мокром снегу, военные с трудом добрались до дымящейся воронки, вокруг которой уже столпились местные жители вперемешку с технарями…

18 ч 40 мин. К ночи стало ясно, что случилось непоправимое. Никто из прибывающих потоком генералов, обступивших дымящуюся воронку, не произнес вслух имя Гагарина, но признаков гибели Гагарина вокруг обнаружили достаточно: остатки летной куртки, обуви, планшет с пометками красным фломастером, сделанными его рукой. Наконец генерал Каманин решился и приказал соединить его с Главным штабом ВВС. Оттуда в скором времени в Кремль ушло сообщение: «Серегин погиб, гибель Гагарина весьма вероятна, но окончательный вывод будет сделан после детального обследования места катастрофы».

28 марта, 1 ч 45 мин. Заместитель главкома ВВС генерал-полковник Павел Кутахов: «Помощники генсека вцепились в меня намертво, с требованием каждый час информировать о результатах расследования. Все мои попытки объяснить этим ретивым служакам, что так серьезные дела не делают, понимания с их стороны не встретили. Я прекрасно осознавал все политические последствия происходящего и лепить что-то “от фонаря”, без тщательной перепроверки каждого слова и факта не собирался».

10 часов утра. Решением ЦК была создана правительственная комиссия, в задачу которой входило «выяснение обстоятельств и причин гибели Ю.А. Гагарина и В.С. Серегина». Состав этого «коллегиального органа» — грозней не бывает: Устинов, Смирнов, Дементьев, Якубовский, Вершинин, Микоян. Этот «здоровый коллектив» дисциплинирует и цементирует товарищ из «органов» — генерал Николай Захаров.

Первое, что сделал такой авторитетный орган, — это немедленно, к концу того же дня создал целых 4 подкомиссии, по главным стратегическим направлениями «тщательного поиска». Среди них серьезностью и ответственностью задачи отличается четвертая подкомиссия: она призвана готовить общее заключение и доклад в ЦК. Ею руководил Смирнов — правая рука Устинова. Посторонних, разумеется, нет и не может быть ни в этой, ни в остальных подкомиссиях: они укомплектованы только товарищами из КГБ, ЦК, правительства и только слегка «разбавлены» первопроходцами космоса.

В момент, когда Леонид Смирнов отдал последние распоряжения, относительно организационных вопросов, в Центральном доме Советской армии в почетный караул стали Брежнев, Косыгин, Подгорный, Устинов. Рядом с ними — космонавты, родственники погибших.

В 10.30 правительство приняло решение о кремации погибших «в тот же день». Она произошла в 21 час в присутствии всех космонавтов, Устинова, Вершинина, Каманина. Урны с прахом Гагарина и Серегина ночью доставили в Краснознаменный зал ЦДСА, и с 9 часов следующего утра к ним был открыт доступ трудящихся.

22 ч 40 мин. С места крушения самолета в Главный штаб ВВС поступила шифровка: «Извлечены двигатель самолета, часть передней кабины; обнаружены самолетные часы, наручные часы летчиков, удостоверение личности Гагарина с фотографией С.П. Королева…» Такая «мелочь», как обнаружение рядом с фото Королева еще и снимка жены погибшего, Валентины Ивановны, ввиду «незначительности» этого факта составителем телеграммы опускается.

29 марта. Уже утром в руки поисковиков попало более чем достаточно вещественных доказательств гибели экипажа «спарки». Поток людей в ЦДСА тем временем не иссякал. В полдень похоронная комиссия приняла решение: организовать поминки погибших в одном из свободных залов ЦДСА. Состав участников этого скорбного мероприятия — 200 человек, в том числе 130 приглашенных. На протяжении получаса от ЦК, Совмина, Верховного Совета и Минобороны поступило несколько тысяч заявок на участие аппаратчиков всех рангов и мастей, вдруг в один момент дружно возлюбивших погибших героев. Однако бесконечные списки правоверных служак беспощадно урезали до 70 человек.

Возвратившись домой, генерал Каманин сделал запись в своем «подпольном» дневнике, за которым намного позднее по заданию ЦК будет тщетно охотиться КГБ: «Трудно было слушать длинные скорбные речи. Трудней всех было Валентине Ивановне, но она держалась из последних сил. Ее безразличный ко всему происходящему взгляд говорил только одно: “Юры больше нет. Я никогда не увижу его больше живым…”»

4 апреля. Центр подготовки космонавтов с огромной свитой посетил Дмитрий Устинов, нагрянув, как всегда, неожиданно. Детально ознакомился с испытательной базой, долго беседовал с космонавтами, вновь и вновь возвращается к полету Юрия Гагарина и досадует: «Время идет, а причины гибели Гагарина по-прежнему не установлены». Больше всего его возмущало то, что никто не в состоянии хотя бы предположительно объяснить произошедшее: «Это черт знает что: сто корифеев копаются, но никто не способен промычать хоть что-то вразумительное!»

11 апреля. Николай Каманин, дневниковая запись:

«Я не перестаю думать над самым животрепещущим вопросом, который задают в эти дни тысячи советских людей в своих письмах в правительство: “Почему вы не уберегли Гагарина?”


Я, лучше чем кто-либо другой, понимаю, что сохранение жизней прославленных космонавтов — один из самых важных вопросов, одна из коренных моих задач. С Юрой я исколесил весь мир, он встречался с сотнями миллионов людей, выступая по 20 раз в день. Все прошло благополучно… Мы с ним придерживались строжайшего режима, нам удавалось сохранять работоспособность и бдительность. Юра имел очень крепкий характер, но даже стальной робот не выдержал бы того натиска, которому он подвергался ежедневно со стороны министров, маршалов, академиков и других “больших людей”.

Все хотели с ним выпить, и обязательно “до дна”. Я докладывал, просил, настаивал на ограничении встреч космонавта с народом. Принималось даже постановление ЦК, но ничем нельзя было сдержать неизбежно отрицательного влияния банкетов и выпивок на характер и облик Юрия Гагарина. Бурная жизнь и выпивки медленно, но верно стирали с лица чарующую гагаринскую улыбку. Приостановить распад личности Гагарина могла лишь его подготовка к новому космическому полету, а также полеты на самолетах».

5 июня. Причина по какой погиб Гагарин по-прежнему остается неустановленной; тем не менее аппарат ЦК и ВПК в обстановке полной секретности (и втайне от генералитета) приступил к шлифовке формулировок официального заключения о произошедшем, предназначенного для СМИ.

Летчик-космонавт Алексей Леонов: «Сознание парализует загадка, непонятность случившегося. Ведь достоверно установили, что всего за минуту до гибели Гагарин пребывал в абсолютно нормальном состоянии: его речь в записях переговоров с КП размеренная и спокойная, у обоих летчиков вплоть до удара о землю позы оставались рабочими: Гагарин держал левой рукой ручку управления, ноги у него и Серегина находились на педалях».

26 июля. В Совмине на стол Леониду Смирнову лег абсолютно секретный проект решения «по катастрофе Гагарина», рожденный в лабиринтах аппарата ЦК и ВПК. Для утверждения была предложена формулировка: «Вероятной причиной крушения является выполнение резкого маневра… с последующим попаданием самолета в закритические режимы полета в усложненных метеоусловиях».

Прослышав про такое, генерал Каманин встретился с Леонидом Смирновым и с места перешел в карьер: «Что означает “резкого маневра”? Откуда?! А что означает эта череда непонятных “или”, использованных авторами только для того, чтобы у читателя “поехала крыша”? С какой стати?! Из чьего пальца высосана вся эта галиматья?! Вы что: не видите, что эта так называемая “формулировка” противоречит всем имеющимся фактам и реальной обстановке полета? И кроме того, позорит честь и достоинство погибших?!»

Походив по кабинетам штаба «оборонки», Каманин, к своему ужасу, обнаружил, что генералы Кутахов, Пстыго, Мишук и Еремин уже сдали без сопротивления позиции аппарату и одобрили этот ублюдочный «резкий маневр»!

27 июля. «Секретная» новость о рождении оторванного от реальности «заключения» руководства дошла в конце концов и до Звездного городка. Соратники Гагарина по отряду сели за «открытое письмо» в адрес опекающего советскую космонавтику секретаря ЦК Дмитрия Устинова:

«В связи с тем, что отрицательный перепад давления в кабинах самолета Гагарина мог явиться только результатом разгерметизации, следовало изучить все причины ее возникновения. Она могла произойти как следствие разрушения фонарей или кабин от столкновения с посторонним предметом (воздушным шаром в том числе), от взрыва на самолете в районе кабины. Мы считаем, что для заключения о выходе самолета на закритический режим и, следовательно, его падение из-за резкого отворота самолета летчиками от облаков или от воздушного шара нет оснований. Как авиационные специалисты, мы с недоумением смотрим на столь вольное, необоснованное трактование действий летчиков…»

Генерал Каманин вовремя почувствовал, что вокруг работы правительственной комиссии вот-вот заварится крутая каша. Он доложил обстановку главкому Константину Вершинину. Оказалось, маршал авиации также думает о трагедии и, больше того, успел сформировать в своем сознании вполне определенное мнение о том, что же произошло 27 марта. Он считает, что наиболее вероятная причина гибели Гагарина была именно столкновение самолета с шаром-зондом, разрушившим остекление кабины, и в результате этого потеря экипажем работоспособности. Каманин уехал от своего верного друга, старшего товарища и наставника удовлетворенным. Еще бы: маршал, как всегда, правильно понял суть события. Каманин солидарен с ним, но не исключает, что в кабине самолета мог произойти и взрыв.

2 августа. В оборонном отделе ЦК согласовали «окончательный вариант» решения ЦК КПСС о причинах гибели Гагарина и Серегина. Этот вывод, который подпишет Брежнев и Косыгин, никогда так и не будет опубликован, он гласил: «Наиболее вероятной причиной гибели был резкий разворот самолета с целью избежать столкновения с шаром-зондом. Менее вероятной причиной был отворот самолета от верхней кромки облаков. В результате самолет вышел на критические углы полета, сложная метеообстановка затруднила управление самолетом, и экипаж погиб».

Алексей Леонов: «Слухи и ложные версии, относительно обстоятельств и причин гибели Гагарина, временами то затихают, то начинают муссироваться с новой силой. Что поделать: такова цена издержек, за которые мы вынуждены платить в условиях отсутствия достоверной информации».

Вполне очевидно вместе с тем, что это «море разливанное» домыслов и псевдогипотез вокруг имени Юрия Гагарина спровоцировано подлинным заговором молчания кремлевских вождей по поводу обстоятельств гибели Гагарина и их полной, совершенной беспомощностью, проявленной при организации расследования катастрофы.

М. Руденко

Источник:

Поделиться в социальных сетях:


+14
117
Распечатать
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Читайте еще
Пишут в блогах
Интересное видео