Мы в социальных сетях:
Круглосуточное вещание!

Заметили ошибку в тексте?
Выделите её мышкой и
нажмите Ctrl + Enter

Альтернативный взгляд

«Альтернативная история, уфология, паранормальные явления, криптозоология, мистика, эзотерика, оккультизм, конспирология, наука»

Мы не автоматический, тематический новостной агрегатор

Статей за 48 часов: 110

Очевидец: Если Вы стали очевидцем НЛО, с Вами произошёл мистический случай или Вы видели что-то необычное, то расскажите нам свою историю.
Автор / исследователь: У Вас есть интересные статьи, мысли, исследования? Публикуйте их у нас.
!!! Ждём Ваши материалы на e-mail: info@salik.biz или через форму обратной связи, а также Вы можете зарегистрироваться на сайте и размещать материалы на форуме или публиковать статьи сами (Как разместить статью).

Тайны поля Куликова... (Вопросы, на которые нет ответов вот уже 632 года)

Время прочтения:
Тайны поля Куликова... (Вопросы, на которые нет ответов вот уже 632 года)

Наверняка большинству читателей заголовок этой статьи может показаться парадоксальным. Какие же могут быть загадки в Куликовской битве? Ведь давно все четко и ясно расписано в учебниках, в солидных монографиях по истории военного искусства, где приводятся даже карты-схемы сражения.

Увы, на самом деле достоверно известно только одно — 8 сентября 1380 года московский князь Дмитрий Иванович одержал ратную победу. И все. Практически же все написанное о знаменитой битве, отмечают историки, восходит к трем первоисточникам: краткой «Летописной повести”, поэтической «Задонщине» и «Сказанию о Мамаевом побоище».

Итак, загадка первая: Мамай идет на Русь. Но велико ли у него войско? Академик Б. Рыбаков утверждал, что 300 тысяч всадников. Другой патриарх истории, М. Тихомиров, считал, что около 100-150 тысяч. Историки Скрынников и Кучкин ограничиваются 40-60 тысячами.

Теперь второй вопрос: какова цель похода? Подавляющее большинство исследователей отвечают однозначно — Мамай хотел стать вторым Батыем, покарать великого князя Дмитрия за многолетнюю невыплату дани, истребить русских князей и заменить их татарскими баскаками. Но откуда у Мамая силы на такое грандиозное мероприятие, на которое не решились ни Берке, ни Тохта, ни Узбек, ни другие владыки Золотой Орды? А ведь Мамай в 1380 году контролировал в лучшем случае лишь половину этого феодального государства, другой же половиной владел его противник Тохтамыш, прямой потомок Чингисхана. Мамай же был простым темником, самозванцем, захватившим престол. Элементарная логика подсказывает, что в такой ситуации Мамаю следовало бы сперва избавиться от соперников в Орде, а уж затем затевать поход на Русь.

Да и князь Дмитрий прекратил отдавать дань не потому, что стал очень сильным, а именно из-за „замятии в Орде“, когда попросту неясно было, кому платить. Взял бы верх в ордынской междоусобице мятежный темник, и через несколько недель получил бы из Москвы все, что причиталось. Кстати, так и случилось сразу же после Куликовской битвы, только Дмитрий рассчитался сполна золотом и серебром с Тохтамышем.

Некоторые историки утверждают, что намеревался-де Мамая на Руси подкормить свое войско, наделить его добычей, нанять на награбленное добро новых бойцов, чтобы затем ударить по Тохтамышу. Но ведь темник был опытным военачальником и, конечно, прекрасно понимал о сокрушительном поражении, которое потерпело ордынское воинство в битве на Воже в августе 1378 года. Успех похода был ему отнюдь не гарантирован, даже при привлечении всех наличных сил.


Непонятный противник

С войском московского князя все относительно ясно. Он успел собрать не только свою рать, но и воинов союзных князей — ростовских, ярославльских, белозерских и стародубских. К нему прибыли со своими дружинами и литовские князья — Андрей и Дмитрий Ольгердовичи.

Кто же был противником московского князя, до сих пор неизвестно. Русский летописец утверждал, что Мамай двинулся на Русь „с всею силою татарською и половецькою, еще к тому рати понаймав бесермены, и армены, и фрязи, черкасы, ясы и бутасы“.

Историк А. Егоров комментирует это следующим образом: „Кто в этом списке понимается под бесерменами, трудно сказать, ибо в летописях этим термином обозначаются все мусульмане вообще. Не исключено, что речь идет о мусульманских отрядах, навербованных в Азербайджане, связи которого с Золотой Ордой имели древний характер. Такой же отряд наемников был приглашен из Армении. В среде армянских феодалов было довольно распространено наемничество, что подтверждает наличие у сельджуков наемного войска из армян.

Из книги в книгу кочует “черная генуэзская пехота», идущая густой фалангой по Куликову полю. Однако а 1380 году генуэзские колонии в Причерноморье находились с Мамаем в состоянии войны. Теоретически на Куликовом поле могли оказаться венецианцы. Но их в городе Тана-Азана (Азов) проживало всего несколько сотен, вместе с женами и детьми.

В свою очередь армянские ученые уже давно заявили: поскольку документов о вербовке бойцов для Мамая в Армении не найдено, наши предки на Куликовом поле не воевали. Но… если же кто-то из них и оказался на Дону, то были они «из состава армянской общины в Булгаре».

Юрий Лощиц, автор книги о Дмитрии Донском, пишет: «Сражение 8 сентября 1380 года не было битвой народов. Это была битва сынов русского народа с тем космополитическим подневольным или наемным отребьем, которое не имело права выступать от имени ни одного из народов — соседей Руси».

Конечно, это очень удобная формулировка, но не слишком ли много «отребья» набралось в степях между Доном и Волгой? Ведь, самое большее, оно могло составить крупную банду, ради уничтожения которой вряд ли была необходимость собирать силы со всей Руси.


Где быть князю?

Очень странная роль Дмитрия Московского в Куликовской битве. В «Сказании о Мамаевом побоище» главная роль в сражении отводится не Дмитрию, а его двоюродному брату Владимиру Андреевичу Серпуховскому. Но непонятно другое — согласно всем трем источникам, великий князь фактически отказался управлять войсками!

Дмитрий якобы еще перед сражением «сволок с себя приволоки царские» и возложил их на любимого боярина Михаила Андреевича Бренка, которому передал так же и своего белоснежного коня Буяна. И повелел вдобавок свое красное (черемное) знамя «над Бренком возити».

Так себя никогда не вел ни один русский князь. Наоборот, авторитет княжеской власти в IХ-ХV веках на Руси был так велик, что часто ратники не хотели идти воевать без князя. Поэтому, если взрослого князя не было, в поход брали княжича. Так, 3-летнегокнязя Святослава Игоревича посадили на лошадь и велели метнуть маленькое копьецо. Оружие упало у ног лошади, и это стало сигналом к началу битвы.

Попробуем представить себе технику смены обличья князя. Дорогой и прочный доспех идеально подгоняли под фигуру воина. Надевать же чужой доспех без соответствующей переделки было и неудобно, и рискованно. Наконец, княжеский конь стоил целое состояние. Он годами носил князя, подчинялся только ему и выручал в битвах. Можно было сесть на чужого коня, чтобы в случае поражения спасаться с поля битвы, но драться на чужом коне было просто опасно.

Так что версию о переодевании, равно как и подрубленном дубе, под которым оказался Дмитрий Иванович, не имевший ни единой царапины, нам придется отставить. Анализируя источники XIV-XV веков, можно лишь сделать вывод, что Дмитрий Донской непосредственно в битве не участвовал. А вот почему, мы, видимо, никогда не узнаем...


Цепь неясностей

Не менее интересен и вопрос, где же произошла знаменитая и кровавая сечь. Согласно чертежам (картам) XVIII-XIX веков, Куликово поле представляло собой степную «поляну», протянувшуюся на 100 км по всему югу нынешней Тульской области, и на 25 км с севера на юг. Читатель спросит, а как рже быть с памятником русским воинам, который стоит на Куликовом поле? Все очень просто.

Жил-был в начале XIX века дворянин Нечаев — директор училищ Тульской губернии, масон, декабрист, член «Союза Благоденствия», друг Рылеева. Как и все декабристы, он проявлял большой интерес к борьбе русского народа против Орды.

В июне 1820 года тульский губернатор Васильев поставил вопрос о сооружении памятника на земле богатого помещика Нечаева. В 1821 году в журнале «Вестник Европы» Нечаев писал: «Куликово поле по преданиям историческим заключалось между реками Непрядвою, Доном и Мечею. Северная его часть, прилегающая к слиянию двух первых, и поныне сохраняет между жителями древнее наименование». Далее Нечаев указывает на сохранившиеся в «сем фаю» топонимы: село Куликовка, сельцо Куликово, овраг Куликовский, и т.д. В этих местах, по словам Нечаева, «выпахивают наиболее древних оружий, бердышей, мечей, копий, стрел, так же медных и серебряных крестов. Прежде соха земледельца отрывала и кости человеческие». Но «сильнейшим доказательством» (отметим это!) своего мнения автор полагал «положение Зеленой дубравы, где скрывалась засада, решившая кровопролитную Куликовскую битву». По мнению Нечаева, остатки дубравы и теперь существуют в дачах села Рожествена, или Монастырщины, «лежащего на самом устье Непрядвы».

Увы, все аргументы Нечаева не выдерживают элементарной критики. Например, почему «Зеленая дубрава» — имя собственное? И сколько на огромной территории поля Куликова таких дубрав?

Следует заметить, что при отражении набегов крымских татар в течение всего XVI века в районе Куликова поля происходили десятки сражений и стычек. Тем не менее, на Куликовом поле (в его широком понимании) было найдено сравнительно немного оружия. Причем находки равномерно распределялись как территориально, так и хронологически — от XI до XVII века (не могут же свинцовые пули, чугунные ядра и кремневые пистолеты относиться к 1380 году!). Самое же удивительное, что на Куликовом поле и в узком, и в широком смысле, не было найдено групповых захоронений воинов.

В ходе большой битвы, закончившейся полным разгромом рати Мамая, неизбежно должны быть сотни, тысячи пленных. В русских летописях еще с X века всегда приводится их число, называются по именам самые знатные пленники. Но в этом случае о них молчат все наши источники ХIV-XV веков, да и современные историки и писатели прошли мимо этого любопытного факта. Так куда делись татарские пленные?!

Тут мне представляется наиболее вероятной следующая схема. Войско князя Дмитрия без боев и без помех прошло к месту сражения через земли Рязанского княжества. Это могло быть сделано лишь с разрешения князя Олега Рязанского. Значит, между Дмитрием и Олегом существовала некая договоренность о совместных действиях против Мамая. И выполнив со своей стороны условия договоренности, князь Олег рассчитывал на часть военной добычи. А Дмитрий делиться не захотел, ведь непосредственно в сражении хитрый Олег не участвовал. Отказав Олегу в его законных требованиях, Дмитрий спешно убывает в Москву. Он стремится появиться в городе сразу следом за вестью о великой победе до того, как Москва узнает об огромных потерях. И поэтому брошены на произвол судьбы идущие с Куликова поля обозы. И проигнорирован, как докучливый проситель, взывающий к справедливости, Олег.

А Олегу тоже надо было кормить своих дружинников и восстанавливать в очередной раз разоренное княжество. И он приказал грабить идущие по его земле московские обозы и отнимать взятый на Куликовом поле полон...

Косвенно факт грабежа Русской армии подтверждается и известиями немецких хроник конца XIV-начала XV века, в которых говорится, что литовцы нападали на русских крепкими отрядами и отнимали у них всю добычу. Учитывая, что для немецких хронистов не существовало четкого разделения Руси и Литвы, под именем «литовцы» они могли подразумевать как отряды князя Ягайло, так и Олега Рязанского.

Так что в вопросе с пленными могут быть лишь два варианта. Или татары на Куликовом поле не панически бежали с места сражения, а отступали в относительном порядке, или пленные были отбиты рязанцами или литовцами, а позже проданы в рабство приморским купцам. Оба варианта не устраивали ни летописцев ХIV-ХV веков, ни историков ХIХ-ХХ веков, и они вопрос о пленных просто опустили.

Кстати, и бытующая уже три столетия схема — Дмитрий Донской переломил хребет Золотой Орде, а Олег Рязанский — негодяй и предатель — далека от действительности. Могло ли государство с «перебитым хребтом» заставлять Русь еще 100 лет ровно платить дань? Вот интересный момент. Дмитрий Донской был канонизирован Русской Православной Церковью в июне 1988 года, а Олег Рязанский стал почитаться святым сразу после своей кончины 5 июня 1402 года. И канонизация Олега произошла «снизу», а не по указанию властей, благо, рязанским князьям в XV веке было совсем не до него.

В этой статье обозначена лишь часть многочисленных загадок поля Куликова. Чтобы разгадать их, потребуется приложить немало труда историкам и археологам. Хотя, безусловно, вряд ли удастся найти достоверные ответы.

И последнее. Менее всего автору хотелось бы, чтобы рассказ о несуразицах в писаниях наших историков кем-то был воспринят как хула на наших воинов. Вечная слава ратникам, сражавшимся на Куликовом поле!

«Интересная газета. Special» №8. А. Широкорад

Источник:

Поделиться в социальных сетях:


Понравилась статья? Поддержите Салика, жмите:



+16
294
Распечатать
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Высший разум рекомендует
Пишут в блогах
Интересное видео