Мы в социальных сетях:



Заметили ошибку в тексте?
Выделите её мышкой и
нажмите Ctrl + Enter

Сайт о паранормальных явлениях и уфологии

«Истина где-то рядом»

Мистические тайны Гурджиева. Часть вторая: Гурджиев и Сталин / РГО
-----
Перемещения во времени. Создание богов. Магия / Тот.
-----
Перемещения во времени. Парадигма. Фаза «ГАЙА» / Тот.
-----
Все наши авторы

Если Вы стали очевидцем НЛО или любого другого паранормального явления, или у Вас есть история из жизни связанная с необъяснимыми явлениями, то присылайте материал на e-mail: info@salik.biz или через форму обратной связи, или регистрируйтесь на сайте и разместите свою историю сами на форуме. А так же Вы можете размещать свои статьи (Как разместить статью)

Забытые боги древних славян: Змей — Горыныч

Забытые боги древних славян: Змей — Горыныч

Змей — Горыныч, Горынище, Змиулан, Огненный змей, — в славянской мифологии фантастическое существо, чудовище, соединяющее в себе черты пресмыкающегося, птицы, животного и даже человека.

Змей – один из самых популярных героев сказок, былин, преданий, поверий. Облики его чрезвычайно многообразны: от огромной змеи до фантастического существа, чудовища: «Откуль же взялся змей-Горынище, об двенадцать голов, об двенадцать хоботей» (Смол.); «Птица Усыня – змей о двенадцати головах» [Худяков, 1964]; В заговоре из Симбирской губернии змей Полоз «о трех головах».

Число голов у змея различно, но преобладают три, шесть, девять, двенадцать голов.

Царь Змиулан – существо «вровень с лесом»: «Что не дуб стоит, Змиулан сидит, что не ветер шумит, Змиулан говорит» [из заговора] (Ю. Сиб.). В поверьях Саратовской губернии змей – черный, с ведро толщиной, две сажени длиной, с огромной человеческой головой. Он сидит на свернутом хвосте, говорит человеческим языком, но непонятно. На лубочных картинках у змея когтистые лапы и длинный хвост. Иногда (особенно в сказках и былинах) змей имеет облик чудовища-всадника: «Я ведь видел-то сегодня чудо чудное, / Чудо чудное сегодня, диво дивное: / Еще ездит по чисту полю змеище все Тугарище» [из былины] (Беломор.), У змея есть владения (царство), жилище, порою есть даже жена и дети.

По мнению ряда исследователей, змей (в сказках) – один из возможных обликов бабы-яги, лешего, вихря и даже Волоса-Велеса. Баба-яга и ее дочери часто змееподобны: «Полет змея иногда напоминает полет яги. «Поднималась сильная – буря, гром гремит, земля дрожит, дремучий лес долу преклоняется: летит трехглавый змей»« [Пропп, 1986]; в некоторых сказках действует человек-змей – «сам с ноготь, голова с локоть, усы по земле тащатся, крылья на версту лежат» [Успенский, 1982].

В апокрифах и житиях змеями обычно оборачиваются бесы, черти, Дьявол; в поверьях – бесы, покойники, черти. Влияния, сформировавшие образ змея, многообразны, но это персонаж народный, фольклорный (хотя и вобравший черты «книжных» змеев, прежде всего библейского).

Представления о змее, существующие с очень отдаленных времен, формировались, видимо, разными путями. Змей, змея –: имеющийся почти во всех мифологиях символ, «связываемый с плодородием, землей, женской производящей силой, водой, дождем, с одной стороны, и домашним очагом, огнем (особенно небесным), а также мужским оплодотворяющим началом – с другой» [Иванов, 1980]. В.Я. Пропп видел в образе змея воплощение представлений о предке, пращуре; принимая по смерти змеиный, птичий или «смешанный» (птица-змея) облик, предок-пращур становится владыкой иного царства, посещает, похищает и испытывает живых людей [Пропп, 1986].

Змей – существо одновременно подземное (горное), водное (подводное) и огненное, воздушное (летающее). Связанный со всеми стихиями мира, змей наделен универсальной властью и силой. В заговоре из Смоленской губернии Змей-Гарадей «кует (сковывает, утихомиривает) морскую глубину, небесную вышину, крайний зуб, хребетную кость». Однако чаще всего в облике змея предстают стихийные, разрушительные силы.

В сказках, былинах и преданиях змей – противник богатыря, охранитель границ, похищающий царевен, опустошающий землю. В преданиях многих губерний России основанию тех или иных городов, сел предшествует борьба со змеем, порою изменяющая ландшафт: по рассказам из Саратовской губернии, змей-полоз, пожиравший коров, овец, лошадей и убитый сотником, жил в окрестностях города Вольска до его основания. Основывая город Змеев (Томской губернии), пришлось убить много змей (о чем напоминает название города). Полоз-змей, живший в той местности, где возник Змеев, оставил за собой выжженную огнем полосу и переселился в Змееву Гору; он обитает теперь в пещере, на берегу Иртыша.

«Деятельности» змеев приписывается образование ущелий, гор (Змеевы горы, Змеиные урочища), а также курганов. По поверьям Смоленской губернии, на месте убитого змея (которого смогли засыпать, лишь возя землю на петухе) возник курган Змей.

В бытующих поверьях русских крестьян XIX-XX вв. преобладают образы змея – огромной змеи (полоза) и змея огненного.

Огромный змей (полоз, царь Змиулан) – старший над змеями, а по некоторым поверьям, именно от него произошли змеи. Так, в Олонецком крае считали, что змеи появились из останков многоглавого змея, который чуть не съел царевну Олисафью Огапитьевну: Олисафья зажгла змея, а пепел «по чистому полю развеяла». От пепла зародились змеи.

В заговорах огромные змеи чаще всего обитают у моря, в лесной чащобе: это, в сущности, лесные и водяные «хозяева», цари. В популярном в XIX-XX вв. сюжете о крестьянине, который нечаянно провалился в подземную пещеру и зимовал там вместе со змеями, их повелитель – огромная змея. Рассказы о старшем над змеями «лесном змее» записаны в Саратовской, Олонецкой губерниях. Змей в таких повествованиях чаще всего имеет облик очень больших размеров змеи.

Змей – обитатель и «хозяин» подземного царства, хранитель сокровищ, кладов. «Змей, обреченный зимовать в темной норке, в то же время не может жить без свету, и если он остается в норе, то только потому, что у него там много золота и драгоценных камней» (Олон.). В Саратовской губернии рассказывали, что змея полоза (с головой «не то человечьей, не то лошадиной») можно встретить у дороги, где он «человечьим голосом просит поцеловать его, а коли противно, то прикрыть, причем объясняют, что это нечистый или проклятый и ежели исполнить его желание, то он даст клад».

Рассказы о Полозе, змеином царе, след которого указывает на местонахождение сокровищ, были популярны среди кладоискателей, горнодобытчиков. «Ползун змей Полоз» упоминается в заговорах «при отыскании кладов».

В облике змея нередко предстает и обитающий под землей, в лесах предок, пращур, существо вещее, наделенное властью не только над сокровищами, но и над судьбой человека. В рассказе из Олонецкой губернии, чтобы изменить свою судьбу, крестьянин должен «перекусить» старшего лесного змея, вызванного из чащи странником-колдуном.

В поверьях русских крестьян XIX-XX вв. ближе к людям и чаще благоволит им змея; огромный змей-человек лишь иногда доброжелателен к людям, помогает им; змей-чудовище, огненный змей почти всегда враждебны человеку.

М.Д. Чулков писал, что в верованиях XVIII в. огненные змеи – это «дьяволы, которые летают и искушают женщин» [Чулков, 1786].

Широко был распространен мотив: огненный змей (именуемый на Ярославщине огненным ужом) прилетает к девушкам и женщинам. «Рассыпавшись искрами» над трубой, он (через трубу) появляется в избе в облике красивого парня или знакомого мужа хозяйки дома (Волог., Яросл., Влад., Ряз., Тульск., Курск., Вятск.). Такой змей на Смоленщине и Рязанщине именуется любак; на Орловщине – волокита, а в Тамбовской губернии – любостай. По поверьям Ярославщины, Владимирщины, налет – нечистая сила в виде огненной метлы аршин в шесть – посещает людей, тоскующих по покойнику. Часто змея привлекает чрезмерное горе вдов, солдаток; навещая их, он превращается в отсутствующих и умерших мужей. Змей «летит с неба, освещая путь в виде падающей звезды или ракеты, когда же достигает двери тоскующей вдовы, то рассыпается огненными искрами и, преображаясь в любимого человека, входит в дом. От змея женщины могут иметь детей, отличающихся от обыкновенных хвостом; такие дети, однако, умирают» (Ряз.). В Симбирской губернии рассказывали, что в селе Никольском от змея родился черный сын, с копытами, с глазами без век, навыкат.

Обычно крестьяне считали, что облик огненного змея принимает нечистый, бес, черт. В Ярославской губернии змея так и называли: «огненный бес». Однако образ огненного змея «старше» и сложнее образа черта. В представлениях об огненном змее отразились понятия об оживотворенных небесных, «огненных» явлениях (о «живых» падающих звездах, метеоритах) и о покойнике – «хозяине» подземного (возможно, и небесного, точнее – иного) царства, который посещает живущих на земле людей. На Орловщине верили, что кометы являются от Дьявола – это змеи или нечистые. Метеориты крестьяне иногда прямо именовали змеями (Арх., Дон, Костр.). «Небольшие метеоры, или падающие звезды, простой народ почитает нечистыми духами» [Авдеева, 1842]. На Псковщине змеем называли одну из звезд Большой Медведицы. По народному поверью, эта звезда ходит только в некоторых местах, и где она останавливается в Иванов день, в том месте люди будут счастливы. Падение звезд было и знаком смерти: по общераспространенным представлениям, у каждого человека на небе есть «двойник-звезда» («душа-звезда»), падающая при его кончине.

Однако огненный змей-метеорит в крестьянских поверьях обычно опасное существо, недобрая душа. В повествовании из Симбирской губернии змеем летает злая мать-покойница, ведьма, которая старается погубить дочку. В Тверской губернии считали, что падение звезд – свержение черта с неба. Увидев падающую звезду, три раза приговаривали: «аминь».

Являющийся женщинам огненный змей иногда до мелочей повторяет облик их близких. В рассказе, записанном в Поволжье, он появляется у вдовы в образе мужа, «с ружьем и зайцем в руках». Вдова очень рада, они живут вместе, и лишь по некоторым признакам («муж» слишком быстро, «так, что не углядишь», крестился, вместо «Богородица» читал «Чудородица» и т.п.) вдова догадалась о том, что перед ней нечистый. Она попросила у попа охранительную молитву, и змей перестал летать.

Прикидывающийся красивым парнем или мужем змей, как правило, губит женщин: они начинают сохнуть, чахнуть (змей как бы «высасывает» из них силы, а иногда даже поедает их самих) (Сарат.).

Избавиться от змея помогал разложенный по избе чертополох, дверсливый (рассыпающийся) камень, окропление дома святой водой, снег, собранный на Крещение (19 января), молитвы, заговоры, например «от огненного змея, летающего к женщине, которая по нем тоскует»: втыкают в порог и во все щели траву мордвинник (чертополох) и говорят: «Как во граде Лукорье летел змей по поморью, града царица им прельщалася, от тоски по царе убивалася, с ним, со змеем, сопрягалася, белизна ее умалялася, сердце тосковалося, одному утешению предавалася – как змей прилетит, так ее и обольстит. Тебя, змей, не боюся, Господу Богу поклонюся, преподобной Марии Египетской уподоблюся, во узилища заключуся. Как мертвому из земли не вставать, так и тебе ко мне не летать, утробы моей не распаляти, а сердцу моему не тосковати. Заговором я заговариваюсь, железным замком запираюся, каменным тыном огораживаюсь, водой ключевой прохлаждаюся, пеленой Божией Матери покрываюся; аминь» (Симб.).

Вообще сюжет о посещении и похищении женщин змеем – международный и очень давнего происхождения. Фольклорный образ змея-соблазнителя (дополненный и развитый библейским образом змия-искусителя) нашел отражение и в памятниках литературы, в частности в житии Петра и Февронии Муромских (змей соблазняет Февронию).

Огненный змей представлялся, по-видимому, существом вещим: по поверьям Самарского края, остановить змея можно было, сказав: «Тпру!» После этого змей открывал человеку тайны будущего. Отпуская змея, было необходимо разорвать на себе рубашку вниз от ворота (иначе змей не улетал и губил решившегося остановить его человека).

Согласно поверьям, змеи посещают и бедствующих вдов, старушек. Они носят им молоко, деньги (деньги змея, однако, часто оборачиваются черепками). Иногда такого змея, как и домашнего ужа, поят молоком. Во Владимирской губернии верили, что змеи прилетают не только к женщинам, но и сосут коров. Такой змей мог служить хозяйке-ведьме, выдаивая и принося ей молоко чужих коров.

По поверьям, змея-помощника выводили из яйца петуха (черного окраса или определенного возраста – пяти, семи лет). Это яйцо носили за пазухой: «Взял еичо-то и положил под пазуху и высидел большачонка (змея)» (Волог.).

Соединяющий в себе змею и петуха змей в таких верованиях напоминает дворовую змею (змею-петуха Псковской губернии), радетельницу домашнего достатка. На Вологодчине такой змей и называется почти как домовой, дворовой – большачонок. Тем не менее огненный змей в большинстве поверий как бы отрицательная ипостась домового, дворового духа: он приносит в дом богатство, но богатство это непрочно, опасно (Курск., Волог.): «Если мужик хочет разбогатеть, он должен добыть яйцо от петуха и носить его шесть недель слева под мышкой, после чего из яйца вылупится змей. Тут на ночь надо лечь в нежилой избе, где нет икон, например в бане. Во сне черт уступает змея на определенный срок, на известных условиях. Огненный змей носит мужику деньги – они больше идут на пьянство… Когда приходит срок, можно еще спастись, перерезав «змию» жилу под шеей. И мужик, и змий, зная это, борются изо всех сил, но редко человек одолевает змея. Чаще же он погибает, пронзенный насквозь адским пламенем змея» (Волог.).

«Есть такие люди, которые продают душу нечистому. При жизни нечистый дух должен помогать такому человеку и слушаться его… В одной деревне, близ города Весьегонска, жил суровый мужик. Многие часто видели, как к нему в избу, через трубу, влетал Дьявол в виде огненного змея. Для бесед со змеем мужик уходил в другую избу, где и запирался. Всего было много у этого мужика, а все он был почему-то недоволен. Наконец приходит к нему смерть. Мужик созывает свою семью и строго-настрого наказывает, чтобы в ту избу никто не смел входить к нему, когда он закричит. Мужик заперся в другой избе, а домашние ждут. Вдруг как закричит! Все побежали в другую избу, а там хозяин лежит мертвый: глаза выворочены, язык вырван и брошен. После смерти этот колдун не один раз являлся ночью церковному сторожу, пока не догадались вбить в могилу осиновый кол» (Новг.).

Русские былины повествуют, что живет крылатый семиглавый дракон Горыныч на Сорочинских горах в глубокой пещере. Хранит он там разные сокровища и похищенных девиц, за которыми летает на Святую Русь. Не раз сходились в битвах с Горынычем богатыри, сам Добрыня встречался с ним не раз.

Однажды — когда повадился дракон прилетать в светлицу к некоей Марине Игнатьевне — Вынимал Добрыня саблю вострую, Воздымал выше буйной головы своей:

«А не хочешь ли, я Змей Горыныча Изрублю на части пирожные, Разбросаю во чистом во поле?» А и тут семиглав Змей Горыныч, Да и хвост поджав, да и вон побежал… И, бегучи, он, Горыныч, заклинается:

«Не дай Бог мне бывать вновь к Марине в дом!»

Но не утихомирился дракон и после пережитого страха. Похитил он племянницу князя Владимира Забаву Путятичну, а потом и тетку самого Добрыни — Марию Дивовну. Тут уж борьба пошла не на живот, а на смерть.

    Тучи нет — а только дождь дождит, Дождя нет — искры сыплются:

    Летит Змеище Горыныще.

    А как бросился Змей Горыныч,

    Чуть его, Добрыню, огнем не спалил…

    Но богатырь опять осилил дракона и на этот раз убил его. Много вытекло крови драконьей, трое суток стоял в ней Добрыня, не знал, как выбраться. На четвертый день Услышал Добрыня голос с небес:

«Ты бей копьем о сыру землю, Сам копью приговаривай:

„Расступиська, матушка-сыра земля! Пожрика всю кровь змеиную!»» И ушла в землю драконья кровь. С тех пор на Руси жить стало легче.

Все это рассказывают о семиглавом змее былины.

А в сказках Горыныч умеет еще и оборачиваться кем захочет: то добрым молодцем, то камнем, а то и веником. Сражается со сказочным Горынычем Иван-царевич, а если не он, то Иван купеческий сын или Иван крестьянский сын — и, конечно, в конце концов побеждают коварную нечисть.

Источник:

Поделиться в социальных сетях:


+16
92
Распечатать
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Читайте еще
Пишут в блогах
Интересное видео