Мы в социальных сетях:



Заметили ошибку в тексте?
Выделите её мышкой и
нажмите Ctrl + Enter
Если Вы стали очевидцем НЛО или любого другого паранормального явления, или у Вас есть история из жизни связанная с необъяснимыми явлениями, то присылайте материал на e-mail: info@salik.biz или через форму обратной связи, или регистрируйтесь на сайте и разместите свою историю сами. А также, Вы можете размещать свои статьи (Как разместить статью).

Суфии, маламати и каландары

Суфии, маламати и каландары

Различие между суфием и дервишем (факир) — это различие между теорией и практикой. Суфий следует мистической теории или доктрине, а дервиш проделывает мистический Путь. Несомненно, что дервиш одновременно и суфий, и теоретически между ними нет существенной разницы. Суфий — это дервиш, а дервиш — это суфий, так как нельзя отделить одного от другого, но на практике акценты распределяются неравномерно: суфиев обычно отличает творческий ум и созидающее воображение, пример чему Ибн ал-Араби, в то время как остальные дервиши, в первую очередь, полны эмоций и жажды деятельности. Но в обоих случаях мы встречаем суфиев и дервишей, которые обходятся без наставников и которые полагаются исключительно на самих себя (правда, нередко допускается наличие духовного наставника), чтобы в пассивной или в активной форме достичь полного уничтожения своего «Я» и непосредственного растворения в божественной реальности. Одни этого достигают с помощью интеллектуальных упражнений, а другие — психофизической практикой. Ибн Аббад из Ронда (1333—1390) был приверженцем шазилийа, но в письме к Абу Исхаку аш-Шатиби, который хотел знать его мнение насчет того, непременно ли нужен шейх-наставник, он писал, что на своем духовном пути он больше руководствовался суфийскими трактатами, нежели шейхами. Многие из тех, кто обходится без здравствующих наставников, признают духовных пастырей.

Существенно также выяснить различие между суфием и приверженцами маламатийа. В этом вопросе много путаницы. Абу Абдаррахман ас-Сулами (ум. 412/1021) считал сторонников маламатийа («достойных порицания») рабами Божьими высшего ранга, стоящими как над юристами-законниками (фукаха), так и над гностиками (ахл ал-ма'рифа). Эти последние относятся ко второй категории — хавасс, и называет он их суфийа, но это скорее «избранные» или «привилегированные», чем простые суфии, которым Бог даровал особые знания о себе и которые могут совершать карамат (чудотворение) и проникать в сокрытые тайны.

Маламати — это суфии. Ас-Сулами в трактате «Рисалат ал-маламатийа» пишет о них: «В основы их учения входит строгое руководство, осуществляемое суфийским главой (имам мин аиммат ал-каум), к чьей помощи следует прибегать во всех случаях, касающихся мистического знания и опыта».

Нубиец Зу-н-Нун и житель Мерва Бишр б. ал-Харис (ум. 277/ 841) хотели бы прослыть основоположниками учения маламатийа, но истинные истоки его происхождения нужно искать в Нишапуре (город в Иране). Не следует считать, что это учение сильно отличается от тасаввуфа(суфизма), ибо это просто нишапурская школа мистицизма. В число последователей маламатийа ас-Сулами включает Сахла ат-Тустари, Йахйу Ма’аза ар-Рази и Абу Йазида ал-Бистами, которому он приписывает постулирование доктрин, характерных для этой школы.

В жизни суфия большую роль играет таввакул («упование на Бога», Коран, LXV, 3), а это влечет за собой инкар ал-касб («разрыв привычных уз и уход от действительности»), т. е. обучение и руководство, осуществляемые шейхом, и даже подчинение ему, скрепленное клятвой и облачением в хирку, регулярные упражнения зикр и сама. Все это отрицают сторонники маламатийа, во всяком случае теоретически. В основе учения маламатийа лежит догмат полной ничтожности человека перед Богом. В отличие от суфия, истинный маламати скрывает свои успехи в духовной жизни. Он стремится очистить себя от мира и его страстей, еще живя в этом мире. Шихабаддин ас-Сухраварди пишет: «Считается, что маламати — это тот, кто никогда не кичится своими добрыми поступками и не скрывает дурных мыслей». Он поясняет это следующим образом: «Маламати — это тот, чьи вены насыщены чистой добродетелью, кто по-настоящему искренен, кто не хочет, чтобы знали о его экстатических состояниях или опыте».

Маламати готов сносить презрение людей, лишь бы раствориться в Боге. И если суфий живет ала-т-таваккул, уповая на то, что Бог позаботится о нем, маламати зарабатывает свой хлеб (его «законное» пропитание дается только трудом), погруженный в Бога, даже когда занимается мирскими делами. Он не афиширует своих поступков и не принимает участия в публичных радениях зикра. Путаница часто проистекает из-за того, что многие авторы-мистики стремятся рассматривать сторонников маламатийа как квиетистов (мутаваккилун) среди суфиев и даже как людей, которым не хватает воли и дисциплины, необходимой для преодоления терний мистического Пути, тогда как мутаваккилун — это те же суфии. Помимо всего прочего, они смешивают маламати с каландарами. Дальнейшее изложение покажет их неправоту.

Маламати отвергает все внешне показное, салат и таравих (последний вызывает у него особенно резкое осуждение, так как это форма благочестия часто рассчитана только на публику). В противовес общепринятому мнению маламати исполняет обязательные обряды (т. е. фараид), такие, например, как ритуальные молитвы (салат), исключительно ради того, чтобы не привлекать к себе внимания. По этой же причине он не носит особой одежды, отличающей суфия. У него нет посвящающего его в орден шейха, которому он был бы подчинен в суфийском смысле, хотя и готов принять наставничество.

Ас-Сухраварди пишет: «В настоящее время в Хорасане имеется какое-то объединение (таифа) маламатийа со своими шейхами, которые обучают их основам и которым они сообщают о прогрессе в своем духовном росте. Мы своими глазами видели в Ираке людей, следующих этой стезей “навлекающих порицание”, но они известны там под другим именем, так как обычное название не в ходу среди жителей Ирака».

Маламати не разделяют идей спекулятивного мистицизма в отношении единства бытия, а заняты уничтожением собственного «Я». Среди более поздних орденов накшбандийа была больше всего связана с учением маламатийа в рамках тасаввуфа. Накшбанди практикуют индивидуальные поминания (зикр хафи), отказываясь от коллективных зикров. В этой связи уместно вспомнить их формулу об «одиночестве в толпе».

Коль скоро ас-Сулами и даже (хотя и с оговорками) такой типично суфийский наставник, как ас-Сухраварди, способны трезво оценить маламати или по крайней мере их теорию как одну из рядовых суфийских доктрин, то каландаров они считают достойными осуждения. Теоретически между ними нет никакой разницы. Опасность движения малама заключается в том, что оно может стать явлением антисоциальным. Грубые и необразованные странствующие дервиши и баба турецких движений были типичными каландарами. И по мере того как формировались теории Пути, выявлялись впоследствии скрытые противоречия.

Различие между маламати и каландари состоит в том, что первый скрывает свою веру, а второй ее всячески рекламирует и даже корыстно использует, чтобы навлечь на себя порицание. Путаница происходит еще из-за того, что название маламати происходит от малама — «порицание». Термин каландар, который получил широкую известность благодаря арабской «1001 ночи», в историческом смысле включает огромное разнообразие типов дервишей. Его широко применяли на востоке (в западном мусульманском мире он неизвестен) по отношению ко всем бродячим факирам, но, кроме того, его приняли целые группы и даже были созданы особые ордены под этим названием. Отсюда и трудности в определении этого термина.

Говоря о времени сложения силсила, Шихабаддин ас-Сухраварди писал: «Термин каландарийа применяется по отношению к людям, настолько одержимым идеей “душевного покоя”, что они не уважают ни обычаев, ни обрядов и отвергают общепринятые нормы общественной жизни и взаимоотношений. Пересекая арены “душевного покоя”, они не пекутся о ритуальных молитвах и посте, выполняя только самое обязательное (фараид). Точно так же их не заботят земные радости, дозволенные снисходительностью божественного закона… Разница между каландаром и маламати в том, что маламати стремится скрыть от всех свой образ жизни, в то время как каландар ищет повода разрушить установленные обычаи».

Макризи пишет, что около 610/1213 г. каландары впервые появились в Дамаске. По свидетельству же Наджмаддина Мухаммада б. Исраила из ордена рифа’ ийа-харирийа (ум. 1278), орден каландарийа появился в 616/1219 г. и основан был Мухаммадом б. Йунусом ас-Саваджи (ум. 630/1232), беженцем из Саве (разрушена монголами в 617/1220): «Когда в царствование ал- Ашрафа был осужден ал-Харири, каландаров тоже подвергли преследованиям и их выслали в замок Хусайнийа». Каландарийа затем был основан вторично вместе с хайдаритской группой, причем завийа была построена в 655/1257 г… Считается, что во время правления Илтутмиша ученик Мухаммада б. Йунуса, известный под именем Хидр Руми, распространил в Северо-Восточной Индии это направление, которое оформилось в самостоятельную линию со своей генеалогией, т. е. в орден каландаров.

Персидский факир по имени Хасан ал-Джавалики появился в Египте во времена ал-Малика ал-’Адила Кетбога (1294—1296) и основал завийу каландаров, а потом отправился в Дамаск, где и умер в 722/1322 г. Макризи замечает, что они были квиетисты, стремящиеся к внутреннему покою, но способы, предлагаемые ими для его достижения, требовали отказа от обычных социальных норм.

К отличительным приметам каландара относились и ношение особой одежды, бритая голова и борода (усы, однако, оставались), отверстия на руках и в ушах для железных колец, которые они носили в знак покаяния, а на детородном члене — как символ целомудрия.

Во времена Джами (ум. 1412) положение было иным. Этот поэт-суфий, процитировав отрывок из Шихабаддина, пишет: «Что касается тех людей, которых мы сейчас зовем каландарами и которые освободили себя от узды ислама, то качества, о которых мы только что говорили, им чужды и их скорее следовало бы называть хашавийа». Оба, Сухраварди и Джами, отмечают, что не надо путать с настоящими каландарами тех, кто рядится в одежду каландаров, чтобы участвовать в дебошах.

Турецкие каландары в конце концов объединились в отдельный орден. Одна их группа возводит свое происхождение к испанскому арабу-иммифанту по имени Йусуф ал-Андалуси. После того как его изгнали из ордена бекташийа за неуемный нрав, он безуспешно пытался вступить в орден мавлавийа, и кончил тем, что основал самостоятельный орден под названием каландар.

Он требовал от своих дервишей, чтобы они непрерывно бродяжничали, однако в царствование Мухаммада II (1451 — 1481) в Стамбуле появилась обитель каландаров с мечетью и медресе. Эвлия Челеби упоминает обитель индийских каландаров в Кагид- хана (предместье Скутари), факиров которой султан Мухаммад обычно кормил обедами. Существовал еще один орден каландаров в начале нашего века в Алеппо. Муджирадцин описывает завийу каландаров в Иерусалиме, посреди кладбища Мамилла. Прежде это была церковь под названием ад-Даир ал-Ахмар, которую некий Ибрахим ал-Каландари приспособил под завийу для своих фукара, но завийа эта превратилась в руины около 893/1488 г.


Дж. С. Тримингем


Источник:

Поделиться в социальных сетях:


+12
156
Распечатать
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Читайте еще
Пишут в блогах
Интересное видео