Заметили ошибку в тексте?
Выделите её мышкой и
нажмите Ctrl + Enter

Альтернативный взгляд

«Альтернативная история, уфология, паранормальные явления, криптозоология, мистика, эзотерика, оккультизм, конспирология, наука, философия»

Мы не автоматический, тематический информационный агрегатор

Статей за 48 часов: 62

Сайт для здравомыслящих и разносторонне развитых людей


Очевидец: Если Вы стали очевидцем НЛО, с Вами произошёл мистический случай или Вы видели что-то необычное, то расскажите нам свою историю.
Автор / исследователь: У Вас есть интересные статьи, мысли, исследования? Публикуйте их у нас.
!!! Ждём Ваши материалы на e-mail: info@salik.biz или через форму обратной связи, а также Вы можете зарегистрироваться на сайте и размещать материалы на форуме или публиковать статьи сами (Как разместить статью).

Ленинградские коррупционеры
Среднее время прочтения:

Источник:
Ленинградские коррупционеры

В послевоенные годы коррупция в СССР оформилась в чёткую систему, завязанную на круговой поруке. Особенно это заметно на примере обстановки в Ленинграде и области. Причём процветали всевозможные злоупотребления не потому, что с ними не боролись, а потому, что они были нужны!

Громкие кампании «против» не столько боролись с напастью, сколько давали предлог для устранения политических оппонентов. А пока длились внутрипартийные игрища, народ тащил ярмо последствий произвола вездесущих коррупционных пирамид.

- Salik.biz


Сироты номенклатуры


Ленинградские архивы послевоенных лет говорят, что едва ли не самой распространённой формой злоупотребления было так называемое самоснабжение».

Помните сцену в Старсобесе из романа «Двенадцать стульев» Ильфа и Петрова? Про самого стыдливого воришку на свете и его подопечных сирот и старушек. После их колкого (от «правда глаза колет») описания встречи интересов бесправных масс в лице пенсионерок и бесхребетного, но подвязанного, власть имущего зава с прикормышами-сиротами, на которых всю целину можно распахать вдоль и поперёк, прочие рассказы о самоснабжении, в общем-то, становятся излишни. Виртуозы постреволюционной сатиры уже всё рассказали.

Что всё-таки понимали под самоснабжением отечественные криминалисты? Так называлось получение дополнительных льгот и привилегий, не положенных данному представителю номенклатуры по статусу. «Эка невидаль!» — воскликнет сейчас кто-то и будет прав. Действительно, с 1945 по 1953 год подобная практика среди товарищей, занимающих хоть чем-нибудь руководящие посты, превратилась в будничное явление. Как перекличка. Но иногда она достигала просто людоедских масштабов. Особенно остро её последствия ощущали на себе рядовые работники предприятий и структур, которым обделённость била не по жадности, а по желудкам.

Как, например, показала ревизия 1946 года, директора Шуваловского торфодобывающего предприятия в Ленинградской области наслаждались всеми возможностями своего служебного положения. В то время, как рабочие страдали от нехватки еды, низких зарплат и банального отсутствия сносных бытовых условий, руководство списывало пайки на банкеты проверяющим. На смазку шестернёй продажного ревизионного аппарата за один только неполный год ушло 778, 5 кг хлеба, 336, 2 кг крупы, 55, 9 кг сахара и 29, 4 кг мяса, которые были проведены по документам — внимание! — как дополнительное питание недоедающим рабочим! На те же цели ушло и 14 ящиков водки, которая предназначалась для поддержки грузчиков торфа во время сильных морозов. Видимо, недопоняли. Решили, что пайковые «сто грамм» верхушка должна хлопнуть за здоровье рабочих — и тогда дело пойдёт. Водились там и «свои голубчики» на постах, куда же без них, родненьких? Например, главным экономистом всё того же торфзавода была назначена жена директора Махова, которая на территории предприятия даже не появлялась. Деньги и карточки её привозили на дом, в Ленинград.

Рекламное видео:


Вряд ли есть смысл рассказывать о прочих случаях, достаточно к описанному подставить другие имена и цифры. Подобная ситуация наблюдалась повсеместно, и на предприятиях, и в селе, и в сфере соцобеспечения. А после денежной реформы декабря 1947 года — лишь усугубилась. Тащили всё, что плохо лежит. Что хорошо лежало — тоже не брезговали. Помимо банального грабежа и махинаций, самоснабжение привело к так называемому «сращению партийных и хозяйственных кадров», т. е. партийная номенклатура начинала действовать не в интересах государства, а в угоду местным хозяйственникам, получая от них дефицит в обмен на покровительство. Это создавало серьёзную угрозу системе власти, в чём Политбюро и лично Сталин прекрасно отдавали себе отчёт.


Взятка города берёт

Дальше — больше: махинации, о которых регулярно рапортовала ленинградская пресса, способствовали распространению прочих форм коррупции, в частности взяточничества. Постепенно взятка стала незаменимой частью хозяйственной жизни, став своеобразным трамплином, позволяющим поверху обойти все бюрократические препоны. На стыке самоснабжения и мелкого мздоимства начала формироваться новая, живущая своей теневой жизнью коррупционная модель, которую специалисты по экономическим преступлениям описывают как симбиоз мелкого кустарно-фабричного производства с интересами государственных и плановых организаций. Что это значит? А значит это, что предприятия товаров широкого потребления, пункты снабжения и торговые организации, формально оставаясь государственными учреждениями, фактически служили удовлетворению личных интересов их руководителей и сотрудников.


Например, в ленинградском тресте столовых в 1945-1946 годах процветала пирамида повсеместных поборов, на вершине которой стоял директор треста Леговой. Обвес и обсчёт посетителей был будничной практикой, объём украденных сотрудниками продуктов измерялся тысячами рублей (рекордную планку в 50 тыс. руб, взяли в июне 1946-го). Причём директор, особо не скрываясь, покровительствовал пойманным «на горячем» подчинённым. Снятые с должностей за злоупотребления директора столовых тут же получали новые места. Вся пирамида держалась на мощной круговой поруке — причастны были все. Немногие честные сотрудники, кто выступал против воровства, надолго не задерживались. Причём вытесняли не только безголосых штатных работяг, но и руководителей. Самой наваристой косточкой в бульоне всеобщей повязанности стало наличие у Легового влиятельных друзей в райкоме партии, прикрывавших хваткого дельца от чрезмерного внимания правоохранительных органов.

И таких «леговых» в каждом тресте и хозяйстве была дюжина на рубль. Причём нередко фигуранты грязных делишек имели разветвлённую сеть связей в криминальной среде или одну-две статьи за душой.


Пишите письма

Повальное удушливое злоупотребление всех и каждого — от мелкой сошки до партийного товарища — выдавило из народных масс полноводный поток кляуз в соответствующие инстанции. Письма простых граждан в контрольно-ревизионные учреждения и газеты стали едва ли не главной формой давления на власть. Они же становились основанием для начала реальных расследований на местах. Даже несмотря на то, что следствия и чистки против коррупционеров проводились по большей части по самым вопиющим случаям (остальные удавалось заминать) или когда непрекращающиеся доносы превышали «порог терпения» власти, это было лучше бездействия. Реакцией в таких случаях становились массовые исключения из партии, снятия с должностей, возбуждения уголовных дел и т.д.

Понимая опасность положения, нечистые на руку начальники с помощью своих покровителей пытались заставить замолчать особо ретивых правдорубов. И жалобщики тоже прекрасно осознавали, на что шли. Своеобразным рекордсменом по количеству неприятностей за принципиальность стал управляющий одним из домохозяйств Смольнинского района Ленинграда Маков. В 1947 году он написал «куда следует» о многочисленных фактах спекуляции жильём, после чего, разумеется, был уволен. Окружённый, но не сломленный Маков продолжил добиваться правды. Жалобы от его лица непрерывно валились во все инстанции с 1948 по 1952 год. В итоге бывший управдом настолько проел плешь руководству местного жилищного управления, что на него не без помощи «своего» районного прокурора завели 32 уголовных дела! Когда все дела закрыли, как откровенно сфальсифицированные, Макова окрестили невменяемым и попытались упечь в «жёлтый дом». В 1953 году фигурантов лихих злоупотреблений наконец удалось поймать на крупном хищении, но должность Макову, естественно, не вернули.

Аналогичная судьба ждала и чересчур совестливых сотрудников номенклатуры.

Советские и партийные чиновники могли попасть под суд по коррупционным обвинениям только в случаях, когда их действия становились широко известны, выходили за все «рамки приличия» или когда уголовщина подкидывала удобный повод сместить неугодного человека с высокой должности. В остальных же случаях расхлёбывать горький навар бюрократического котелка приходилось самому жалобщику.



Конечно же, органы не бездействовали. Ещё в 30-х годах в СССР милиция и структуры госбезопасности сформировали систему эффективного наблюдения за ситуацией. Только в Ленинградской области были возбуждены десятки уголовных дел, в том числе групповых, о случаях коррупции в хозяйственной сфере, жилищном фонде, торговле, кооперации, сельском хозяйстве, финансовых структурах. Внешне попустительское отношение к коррупции в регионах было закономерным следствием сталинской политики ослабления влияния местного партийного аппарата, который мог посягнуть на авторитет центра. Как говорится, за что боролись.

Нередко на весы Фемиды в противовес тяжести преступлений ложилась пудовая гиря несгибаемого аргумента: «Неужели вам какие-то десять тысяч дороже хорошего коммуниста?» Прикрываясь безупречной верностью линии партии, самоснабженцы и лихоимцы считали себя вправе безнаказанно рассчитывать на калым с народных благ. Дураков то много, а зайцев мало.

Журнал: Война и Отечество №3. Автор: Игнат Волхов

Записал:

SALIK

Санкт-Петербург
info
+48
Я не автоматический, тематический информационный агрегатор! Материалы Salik.biz содержат мнение исключительно их авторов и не отражают позицию редакции. Первоисточник статьи указан в самом начале.

Поделиться в социальных сетях:


Оцените:
+6
101
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...

   Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте:   Подписаться