Заметили ошибку в тексте?
Выделите её мышкой и
нажмите Ctrl + Enter

Альтернативный взгляд

«Альтернативная история, уфология, паранормальные явления, криптозоология, мистика, эзотерика, оккультизм, конспирология, наука, философия»

Мы не автоматический, тематический информационный агрегатор

Статей за 48 часов: 45


Очевидец: Если Вы стали очевидцем НЛО, с Вами произошёл мистический случай или Вы видели что-то необычное, то расскажите нам свою историю.
Автор / исследователь: У Вас есть интересные статьи, мысли, исследования? Публикуйте их у нас.
!!! Ждём Ваши материалы на e-mail: info@salik.biz или через форму обратной связи, а также Вы можете зарегистрироваться на сайте и размещать материалы на форуме или публиковать статьи сами (Как разместить статью).

Что такое коммунальная квартира в СССР?
Среднее время прочтения:

Автор:
Константин Ришес
Что такое коммунальная квартира в СССР?

Поколение, к которому принадлежит автор статьи, родилось и выросло в коммуналках. Так называли квартиры, где проживали несколько не связанных родством семей (от двух до десятка, а то и более). Ситуация эта оставалась типичной до 70-80-х годов XX века, да и до сих пор нельзя сказать, что с ней безвозвратно покончено.


- Salik.biz

Homo communalicus

Классическая многокомнатная коммунальная квартира в доме дореволюционной постройки дожила до нашего времени. В результате долгой эволюции под её воздействием сформировался новый социальный вид, который можно назвать «homo communalicus». Люди, состарившиеся в коммуналках, по большей части, говорят о них по-доброму. Возможно, кого-то они и впрямь спасли от одиночества. В жизни homo communalicus не может быть ничего такого, о чём не знают соседи. Его одежда, включая нижнее бельё, сушится после стирки на натянутых под потолком общей кухни или ванной комнаты (если таковая в квартире есть) верёвках. Квартирное сообщество прекрасно осведомлено о жизни любого своего члена.


Со временем homo communalicus начинает воспринимать соседей почти как родных. Перед ними можно запросто появиться в старом халате, дырявых тренировочных штанах и сильно поношенной несвежей майке. О том, что у кого сегодня на обед, можно было знать, не покидая своей комнаты, — достаточно иметь хорошее обоняние.

Есть у коммуналки и свои плюсы: к примеру, если кто-то из её обитателей готовит праздничное угощение — скажем, печёт пирог, то неписаные правила требуют, чтобы он угостил соседей. Однако оговоримся, здесь речь идёт о благополучной коммуналке. А нередко бывали и такие, где на общей кухне крышки кастрюль крепились замками, где дрессированные кошки гадили в оставленные в коридоре соседские галоши, где замочные скважины наглухо затыкались ватой — средством от квартирного шпионажа.

Ещё одним нюансом коммунальной жизни (далеко не каждой) был общий телефон (вспомним прекрасный фильм Михаила Козакова «Покровские ворота»). Будучи безусловно удобством, одновременно он становился яблоком раздора и поводом для разнообразных внутриквартирных конфликтов: кто-то слишком много его занимает, кто-то говорит слишком громко, кому-то звонят слишком рано, или поздно, или часто.


Рекламное видео:


В творчестве и жизни

Вообще, советские коммуналки — массовое, и уникальное с точки зрения европейцев, явление — нашли отражение в творчестве многих литераторов, в том числе таких классиков жанра, как Михаил Зощенко или Илья Ильф с Евгением Петровым. Разными были эти коммуналки, однозначной оценке они не поддаются.

Ещё раз вспомним «Покровские ворота» — этакий апофеоз коммуналки. Исполнитель одной из главных ролей (в фильме носит фамилию Хоботов) в фильме заслуженный артист России Анатолий Равикович сам достаточно долго пожил вместе с родителями в ленинградской «малонаселённой» коммуналке (помимо них здесь обитали ещё всего три семьи). Он вспоминает: «В квартире были кухня, туалет и малюсенькая комнатка, где до революции стояла ванна. Между жильцами шли бесконечные переговоры, что неплохо бы снова сделать ванну, где, кстати, и стирать бы могли. Все эти разговоры кончались ничем — когда дело доходило до сбора денег, консенсуса не достигали».

Автор этой статьи сначала с родителями, а позже со своей семьёй, достаточно большую часть жизни провёл на Петроградской в коммуналке, похожей на описанную Равиковичем: 5 семей, заставленная керосинками и примусами 9-метровая кухня, единственной туалет и помещение бывшей ванны. С последним связаны мои воспоминания школьных лет.

Увлекаясь одно время фотографией, я нередко запирался в ванной и при свете красного фонаря колдовал там над кюветами с проявителем, закрепителем. Но был нюанс: единственная в каморке свисающая с потолка лампа включалась из коридора. И пару раз бывало, что кто-то из соседей (может, без злого умысла, а может, и нет), проходя мимо дверей ванной комнаты, нажимал на выключатель, мгновенно засвечивая мои фото. Тогда, чтобы избежать подобного, я прежде, чем приступить к делу, забравшись на табурет, вывинчивал из патрона лампу. Как-то, когда мне самому понадобился свет, я в потёмках полез на табурет, чтобы ввинтить лампу. Но табурет, стоящий внутри ванны, заскользил, и я с грохотом рухнул в купель. Повезло — отделался лишь шишкой.



Коммуналки бывают разные

От рождения живя в коммуналке, я не ощущал ни малейшей ущербности — ведь так жили все. Среди моих одноклассников лишь один жил в отдельной квартире — отец его был директором хлебозавода, а мама — инструктором райкома.

Конечно, главное, что определяло лицо коммуналки, были её жильцы. Не слишком многолюдный контингент нашей квартиры поначалу состоял исключительно из коренных петербуржцев-ленинградцев, оттого и жизнь квартиры протекала относительно спокойно и мирно, редкие размолвки не переходили в скандалы. В местах общего пользования — коридоре, туалете, кухне — висело лишь по одной общей лампе. Контроль расходуемой в общественных местах электроэнергии осуществлялся отдельным счётчиком. Оплата выполнялась всеми жильцами по согласованному алгоритму, уборка общих мест — в соответствии с вывешенным в коридоре графиком.

Иначе выглядела коммуналка, где автору доводилось регулярно бывать у своего одноклассника, живущего на соседней улице. Его квартира была мощно «иллюминирована»: каждая из проживающих в ней 6 семей имела в местах общего пользования собственную электролампу, включаемую изнутри комнаты. Когда после работы в 12-метровой кухне собирались у своих керосинок 6 соседок, глаза слепило от 6 одновременно горящих ламп.

А однажды сложилась ситуация, в реальность которой трудно поверить, но автор этих строк наблюдал её лично: принадлежащая одной из соседок кухонная лампа перегорела. На кухне был «час пик», и 5 исправных ламп заливали кухню ярким светом. В это время в кухню вошла соседка — владелица перегоревшей лампочки. В руках она гордо несла зажжённую свечку, как бы заявляя: «чужого света мне не надо».

Совместный быт влиял и на воспитание детей


Это, брат, сон. Хожу и жмурюсь…

Но и в нашей квартире благостная ситуация сохранялась лишь до середины 60-х годов, когда в результате естественной убыли кардинально изменился состав проживающих — на смену ушедших в мир иной старых петербуржцев пришла так называемая лимита. Такая малопочтенная кличка закрепилась за прибывающими по квоте с разных концов Союза (преимущественно из сельских местностей) строительными рабочими. Жизнь в квартире круто изменилась, теперь семья автора мечтала лишь о том, как вырваться из родной коммуналки, что с большими сложностями и потерями удалось сделать путём вступления в ЖСК.

Известны случаи, когда жители коммуналки, получив наконец право на переезд в вожделенную отдельную квартиру в хрущёвке (ныне незаслужённо высмеиваемой), со слезами на глазах прощались с соседями. Правда, бывало и наоборот. У упомянутого выше Равиковича после выхода «Покровских ворот» часто спрашивали, нет ли у него ностальгии по коммуналкам — ведь так славно, судя по фильму, жили. И он отвечал: «Нет. Пропади они пропадом, и да минует меня сия участь».


Эзопов язык

Дабы избежать любопытных ушей, при разговорах старались пользоваться «эзоповым языком». То есть обходиться умолчаниями, фирменными словечками и ссылками на ситуации, знакомые лишь говорящим: например, «у него такая же ситуация, как у тёти Вали». А что там у тёти Вали — понятно лишь посвящённому.

А ещё бывали такие «приколы». Стоя в коридоре с телефонной трубкой у уха, можно было нарочито громко говорить невидимому собеседнику что-то типа: «нет, завтра не смогу — приём в министерстве» или «спасибо, машину не присылайте, хочу немного пройтись» и т.п. Внутриквартирный рейтинг говорящего заметно повышался.

Записал:

SALIK

Санкт-Петербург
info
+48
Я не автоматический, тематический информационный агрегатор! Материалы Salik.biz содержат мнение исключительно их авторов и не отражают позицию редакции. Первоисточник статьи указан в самом начале.

Поделиться в социальных сетях:


Оцените:
+2
270
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...

   Подписывайтесь на нашу страничку в Twetter:   Подписаться